Несколько слов о мозаичисте Владимире Александровиче Фролове ...

http://www.livemaster.ru/topic/702843-davnenko-ne-bral-ya-v-ruki-shashki

Текст взят из фильма "Метро" с Елизаветой Листовой. 

..... Потолок московской станции метро «Новокузнецкая» украшен мозаикой, выполненной по эскизам известного художника Дейнеки. Станция готовилась к открытию в ноябре 1943 г. Тогда Красная Армия форсировала Днепр на всём, что плавало.

Некрупные плафоны «Новокузнецкой» собраны самым крупным и выдающимся русским мозаичистом - Владимиром Александровичем Фроловым. Московское метро уже имело удовольствие насладиться работами Фролова: это его усилиями так сверкают крылья самолётов в «небе» «Маяковской». Да и автора самолётов, Дейнеку, выбрал Фролов из кандидатур Алексея Душкина. Душкин предложил пять или шесть имён художников того времени и поехал с ними в Петербург, в мастерскую Фролова, проконсультироваться с Владимиром Александровичем, потому что Фролов был мало того что блестящий мозаичист, он был связан с такими мощнейшими художественными династиями как Бенуа, Лансере и был женат на Бенуа. Поэтому мнение Фролова было бесконечно ценно.

фролов

Трудно представить, что вся эта советская мечта, этот сон о металле и теле сложены в мастерской этого тонкого человека в чёрной академической шапочке. Теперь такие некому носить. Удивительно, но человек, собравший легендарные советские мозаики, прежде оформлял лучшие дома Москвы и Петербурга. Например, дом Набоковых на Большой Морской. Эта работа мастерской Фролова. Доходный дом Лейхтенбергского на Большой Зелениной.

мозаика

лениград

И совсем уж не укладывается в голове, что станция «Маяковская», названная в память погибшего поэта — ближайшая родственница храма, воздвигнутого в память погибшего императора, петербургского Спаса на Крови. Освещённый в 1907, он почти целиком оформлен мастерской Фролова. Десять лет работы, 8 тысяч квадратных метров мозаики. Васнецовские фронтоны — старшие братья душкинских плафонов, самолёты Дейнеки — младшие братья Спаса Нерукотворного, Иоанна Богослова и Богоматери Нестерова. Они сделаны одними руками.

блокада

метро

бенуа

И, конечно, после таких этапов мозаика для очередной станции метро, могла бы стать для Фролова рутинной. А оказалась роковой.

Солнечный полдень. Предосенний день. Наливные яблоки на лазуревом фоне. Это смальтовое волшебство было собрано едва ли не вслепую в холодном сыром подвале при свете жалкой самодельной горелки, которая, нещадно коптя, прожигала добытый ценой нечеловеческих унижений керосин. Под слепым небом блокадного Ленинграда, в самое страшное время — зимой 1941 года.


Всё происходило в мозаичной мастерской Академии художеств Санкт-Петербурга, она и сейчас там работает. Правда, зимой сорок первого выглядела она совсем иначе: её огромные окна были выбиты бомбёжками и заколочены фанерой. Темень и холод. Температура в ноябре не выше семи градусов. Голод. Те самые минимальные 125 граммов хлеба в день были введены именно тогда. Нет никаких физических сил работать. В мастерской, помимо самого Фролова осталось всего три мастера. А потом он остался один.

Чтобы подобрать один-единственный фрагмент, камушек мозаики, которых в панно миллионы его ещё нужно было отколоть от большого куска смальты молотком, который весил больше килограмма. И так с каждым, не говоря о подборе цвета. В темноте.

Нетрудно себе представить, как медленно шёл этот процесс. Замёрзшими руками, в состоянии полуобморочном, когда холод, когда нечего есть. Это было страшно медленно. Фролов набирал десять квадратных сантиметров за неделю. Смальты в его мастерской было почти восемнадцать тысяч оттенков. Это собрание по количеству и качеству, по классификации было единственным не только в Советском Союзе, но и в Европе. Ещё в августе сорок первого Фролов просил Ленсовет эвакуировать смальты. Но не эвакуировали. Ни смальты, ни Фролова. Тогда в декабре сорок первого Фролов попросил Ленсовет выделить ему пятнадцать литров керосина, чтобы минимально освещать мастерскую и продолжать набор. Пятнадцать литров керосина на восемнадцать тысяч оттенков смальты. В январе 1942 все панно для московского метро были готовы. Закончив работу, отправив ящики, 3 января 1942 года мозаичист, академик Фролов, умер.

Похоронили Владимира Фролова на Смоленском кладбище в братской могиле профессоров Академии художеств, погибших в ленинградскую блокаду от голода.

В августе сорок третьего вывезенные из блокадного Ленинграда последние мозаики Фролова уже красовались на потолке станции «Новокузнецкая». Они оказались там совершенно неуместными, потому что предназначались для другой станции - «Павелецкой», по проекту архитекторов Весниных. Станции проектировались в мирное время, а строились в военное. Конструкции «Павелецкой» застряли в оккупированном Днепропетровске, проект пришлось менять, а в новом мозаик не было, их уже никто не ждал из блокадного Ленинграда. Но они пришли. Так летящие поезда и гремящие трактора нашли пристанище на уютной камерной «Новокузнецкой»"

Комментарии (6)
Хочу сказать огромнейшее спасибо, статью эту давно в телефоне сохранила, сейчас наткнулась еще раз. Честно сказать, думала просмотров и комментариев будет великое множество, очень расстроилась этому обстоятельству. Недавно были несколько публикаций со странным современным творчеством, на искусство не тянет, так невозможное количество хвалебных отзывов и дифирамб. Просто даже не укладывается в голове, какая высокая духовность у этого человека, высокая культура и сила духа творить такое чудо в самую страшную годину бед. Трогает это настолько, что мысли только об этом, благодаря этим людям - миллионам самоотверженных мы и победили
Handmade Basket 12.05.2016

Евгения, поразительно ... я думала об этом, думала ни один день ... как созвучны Ваши мысли моим ... мне тогда показалось всё, всё что меня "мучало" таким мелким по сравнению с тем чем жил и как жил этот человек ... моя мама росла во время войны, правда в Москве, работала с 11-ти лет на оборонном заводе ... даже в Москве было голодно и очень ... она говорила, что порой просто ни о чем другом не возможно было думать, только о еде ... хоть крошечку чего-нибудь ... а тут Лениград, блокада, старик и такая сила духа, такая целостность личности, работы просто потрясающие, а какой диапазон творчества .... от православных работ до соцреализма ...

Честно признаюсь, было обидно, что почти никого эта тема не тронула, не задела за живое ... Увы ... у каждого "свои радости" ... И пусть нас мало, но мы "в тельняшках"! {#} С прошедшими праздниками Вас, Евгения!

Чудесные слова ... не добавить, не убавить ... Еще раз спасибо, Татьяна, что не остались равнодушной к этой теме ...

Когда я смотрела передачу про Фролова, я плакала. Теперь плачу снова... какой Человек, какой Мастер!

Татьяна, спасибо что откликнулись. Меня поражает целостность личности, преданность или вернее жизнь "своим делом", одержимость какая-то в хорошем смысле этого слова .... Сейчас в нашем неудержимом стремлении к западности, мы теряем это нечто, на смену приходит европейская рациональность и целесообразность ... нет практической пользы, ни к чему и делать, сопряженно с трудностями, незачем, подождет более удобного момента .... как в одном нашем фильме ... "водорослью ... по течению ... " ... да, это просто, удобно, но невероятно серо ... серо во всех смыслах этого слова ...

Как хорошо Вы сказали. Он был именно целостной личностью. А что до нас... Очень обидно видеть что ценности поменялись. Знаете, как у Новелла Матвеевой ... И плакать буду я - счастливцам на потеху - По истинным слезам и полинному смеху.