Все течет, все изменяется... Возникают новые города и крепости, в зените их славы создаются предания и легенды о мужестве жителей и воинов, доблестно защищавших их от набега врагов.
Но постепенно память стирает все детали и подробности, а ветер, дождь и снег постепенно разрушают мощные, неприступные в древности сооружения. И постепенно вся эта былая мощь превращается в руины...
Такую же учесть ожидала и мощную крепость легендарного города Каракассона, но......
К началу XIX века крепость была заброшена и разрушена. И только благодаря горячим призывам известного исторического писателя Проспера Мериме и общественному мнению, правительство Франции снова обращает «свой взгляд» на Каркассон. В 1844 году к его реставрации и реконструкции приступает знаменитый архитектор Виолет-ле-Дюк. Благодаря его энтузиазму уникальный памятник сохранен.
Проезжая по равнинам Лангедока, вдали, словно бы вырастая из холма, на горизонте появляется крупнейшая в Европе крепость Каркассон.
Поселение людей существовало в районе Каркассона уже в середине 4 тысячелетия до нашей эры. В 3 веке до нашей эры территорию всего Лангедока занимает кельтское племя вольков тектосайгийских. Они заселяют и район Каркассона.
В 125-121 годах до нашей эры на территорию Лангедока приходят римляне. С упадком Римской империи крепость принадлежала готам, затем вестготам.
За эти триста лет вестготы смогли восстановить и модернизировать крепостные стены цитадели. Но в 725 году неожиданный поход сарацин подорвал влияние вестготов, вытеснив их из собственного центра - Каркассона.
Именно с сарацинами связано много легенд цитадели. Одна из них касается Карла Великого, который в течение пяти лет блокировал крепость, пытаясь уморить город голодом.Вот легенда, рассказывающая о том времени.
Дама Каркас была супругой сарацинского царя Балаака. Карл Великий уже 5 лет осаждал Каркасон, весь гарнизон погиб. Тогда Каркас пустилась на хитрость: она сделала несколько кукол солдат, которые установила на крепостных стенах и осыпала стрелами вражеский лагерь. Потом она нашла в городе единственную живую свинью и накормила ее последним оставшимся зерном, после чего скинула ее вниз с крепостной башни. От удара о землю брюхо свиньи разошлось и из него высыпалось зерно. Воины Карла Великого решили, что раз в городе так много свиней, что их сбрасывают с крепостной стены, и так много зерна, что им кормят свиней, то они не смогут сломить осажденный город. И сняли осаду. Дама Каркас, празднуя победу, начала играть на трубе. Оруженосец Карла Великого воскликнул: «Сир, Каркас зовет Вас!» («Sir, Carcas te sonne!») Так появилось название Каркасон.
После смерти Карла Великого его империю стали сотрясать дробления, и феодальный суверенитет привел к тому, что Лангедок постепенно приобрел независимость. В начале XIII века эта местность не входила в состав Французского королевства, имела протяженность от Аквитании до Прованса и от Пиренеев до Керси. Итак, фортификации вестготов и франков воздвигались все дальше от первоначальной римской кладки, кое-где подмяв ее под собой. Вторая стена, возникшая позднее, была смертельной ловушкой для тех, кто пытался захватить город, - оказавшиеся между двумя стенами уничтожались градом камней и стрел. Расстояние между башнями внутренней и внешней стен располагались на длину полета стрелы. С постоянным усовершенствованием стрелкового оружия «смертельная ловушка» становилась все более гибельной. Крепость становилась все более неприступной.
В те времена Лангедоком управляли дворянские династии, самыми влиятельными были графы Тулузские и клан Транкевелей. По своей значительности Лангедок с его культурой, терпимостью в вероисповедании, любовью к прекрасному, в частности к песням (это была страна трубадуров, которых здесь принимали очень почтительно - устраивались даже состязания трубадуров), не имел в тогдашнем христианском мире себе подобных.
И как это ни странно, в этой жизнелюбивой среде возникло новое христианское учение, последователи которого назывались катарами. Слово "катар" означало "чистый".
Большинство лангедокских дворян были либо катарами, либо симпатизировали им. Катары отличались миролюбием и не представляли никакой угрозы властителям герцогства. Их главной целью была простая, скромная, добропорядочная и мирная жизнь. Подобный характер катарской религии привлекал к ней многих верующих.
В итоге катары навлекли на себя гнев католической церкви, ибо отказались признавать власть папы. Святой престол не раз посылал в Лангедок посредников, таких как Бернар Клервоский, чтобы подчинить себе катаров, но так ничего и не добился.
В основе религии катаров лежал дуализм. Духовное царство небесное считалось чистым и нереальным, в то время как плотское, физическое — растленным и злым.
Катары отвергали большинство католических таинств (крещение, причастие, конфирмацию, духовный сан, епитимью, соборование и бракосочетание), признавая утешение (consolamentum), которое вновь возвращало душу в совершенное состояние. Все те, кто получал утешение (consolamentum), назывались «совершенными» (perfecti) и с того момента должны были вечно сохранять чистоту, воздерживаться от соблазнов грешной плоти, от мяса, птицы, яиц, а также от брака, и сохранять целомудрие. Однако такую строгую монастырскую жизнь должны были вести только «совершенные», поскольку обычные верующие, credentes, могли не соблюдать этих жестких правил, не прибегать к столь скудному рациону. Они также имели право жениться и заводить детей.
«Совершенные» посвящали себя постоянному стремлению к божественной чистоте. Они жили скромной монашеской жизнью и странствовали по двое, занимаясь проповедничеством и врачеванием. Лишь на пороге смерти тот, кто был credente, получал утешение, consolamentum, и с этого мгновения попадал в состояние испытания, endure, и теперь ничто, кроме воды, не могло касаться его губ. Поскольку такие люди находились в состоянии Божьего благоволения, женщинам не дозволялось даже прикасаться к ним.
По мнению катаров, души тех, кто умер без consolamentum, обязательно и неоднократно перерождались в животных или людей, причем этот процесс должен был продолжаться до тех пор, пока душа не найдет тело доброго человека и лишь тогда сможет достичь истинного совершенства. Жертвенность, готовность добровольно пойти на смерть, простив тех, кто лишал их жизни, избавляли катаров от необходимости цепочки перерождений. Этим во многом объясняется тот факт, что многие тысячи людей были готовы пожертвовать жизнью во имя своих религиозных убеждений. Вместо концепции Страшного Суда катары верили в то, что материальный мир прекратит свое существование после того, как все души освободятся от телесных оболочек.
Катарская церковь имела свои епархии и соответственно епископов, дьяконов и «совершенных». Религиозные службы проходили достаточно неформально и проводились под открытым небом, в пещерах или в обычных жилых домах.
В 1209 году в Лангедок, в Каркассон отправляется папский легат Пьер де Кастельно, который был убит одним из дворян из свиты графа Тулузского. Его последующая смерть - последняя капля терпения Иннокентия III и папской курии.
Папа объявляет Крестовый поход против еретиков и обращается за помощью к французскому королю Людовику IХ Святому. Транкевелей, как и многих других состоятельных людей Лангедока, возмущают мирские притязания церкви, продажа индульгенций и прочее «разложение католиков», поэтому они проявляют интерес и сочувствие к катарам.
Альбигойцы нашли достойного защитника своей веры в лице графа Раймунда-Роже Транкевеля. Крестовый поход северных баронов включал 200 тысяч человек, из них 20 тысяч рыцарей. Папа предоставляет возможность захвата земель в собственность рыцарей, поэтому это был поход не только ради веры, но и ради наживы. Раймунд-Роже Транкевель, получив известие о Крестовом походе, узнает, что их армия в местечке Безье уничтожила 20 тысяч крестьян. Там, во время бойни один из воинов обратился к папскому легату аббату Арнольду из Сито: «Как распознать где католик, а где еретик?». На что получает поистине христианский ответ: «Убивай всех, ибо Господь узнает своих!».
Граф Транкевель издает указ: «Предлагаю город, крышу, хлеб и мой меч всем, кто преследуем, кто остался без города, крыши или без хлеба». В Каркассоне собираются сотни катар и их последователей.
1 августа 1209 года крестоносцы подошли к Каркассону и расположились у реки Од, тем самым, отрезав город от воды. Началась осада. Крестоносцы начали выкатывать осадные орудия, одним из которых был страшный требушет. Это осадное орудие могло метать камни весом 10 кг и больше на расстояние, примерно, до 800-1000 метров. Осаждающим удалось даже прорвать оборону Каркассона, сломав один участок стены, но защитники цитадели, в момент торжества крестоносцев, выбили их из захваченного пролома в обороне. Транкевель и его люди оказали мощное сопротивление, несмотря на десятикратное численное превосходство осаждающих.
Прошло 12 дней и ночей осады, когда в Каркассоне закончилась последняя вода. Тогда Транкевель выехал под белым флагом в лагерь врага для переговоров, но, несмотря на рыцарский кодекс чести, Раймунд-Роже был схвачен и по приказу барона Симона де Монфора был заключен под стражу. Так Каркассон из-за отсутствия воды и измены быстро перешел в руки врага.
Заключенный в цепи, граф Транкевель был посажен в темницу своего собственного замка Комталь, где, не выдержав испытаний и голода, скончался уже через три месяца. Его владения и титул захватил его враг, предводитель Крестового похода барон Симон де Монфор, который превратил Каркассон в свою «штаб-квартиру».
После он захватил десятки катарских поселений Лангедока за короткое время, как говорили «на одном дьявольском дыхании». В 1218 году крестоносцы осадили Тулузу, но при осаде ее был убит Симон де Монфор. Существует версия, что камень, который метко попал в него, был выпущен женщинами Тулузы. Замечу, что матерью графа Раймунда-Роже была графиня Тулузская. В Каркассоне в замке Комталь сохранилась плита с изображением осады Тулузы и смертью Симона де Монфора.
Король Людовик Святой IХ в 1229 году лично возглавил крестоносцев. Но это не помогло. Катарские войны затянулись. Последние катары будут сожжены в 1244 году рядом с замком Монсегюр. 250 катар, включая женщин и подростков, добровольно вышли из осажденной крепости и молча взошли на приготовленные для них эшафоты для сожжения...
Вот такие драматичные истории хранят камни старого города!
А сейчас Каркасон, старый город - это не музейный памятник, а живой город, где расположены милые средневековые домишки, в которых живут люди, есть кафе, сувенирные лавки, кондитерские. Он живет своей провинциальной жизнью, принимая многочисленных туристов.
Но главные события в Каркассоне происходят 14 июля!
В день взятия Бастилии, Каркассон наводняют туристы . Все подъезды к городу превращаются в автостоянки, все окрестные холмы усеиваются людьми, которые, начиная с обеда, с сырами, хлебом и французским вином ожидают контрольное время - 22.30. Многие арендуют места на крышах и балконах нового города.Находиться в старом городе туристам в это время категорически запрещено.
И вот наступает назначенное время...Весь замок освещается прожекторами, вся крепостная стена по периметру уставлена орудиями, которые дают залп - и начинается великолепный фейерверк! В небо взлетают невероятной геометрической формы каскады огней, феерия вспышек, огненного дождя, миллионов звездочек! Город продолжает восхищать людей своим великолепием!