Глава 17.
«Хорошо, когда у человека всё есть для счастья: работа, дружба и признание коллег, даже любимый человек есть, правда, я сомневаюсь, что любимый»- успокоила я себя. Вообще-то, я привыкла задавать сама себе разные каверзные вопросы типа: « А счастлива ли ты, деточка, на сегодняшний день?» Самое ужасное, что эти ответы превращаются в самое настоящее мучение, поскольку, сами понимаете, однозначно ответить на них невозможно. Проблема назрела и требовала определиться как-то с ней - ну есть она вообще или нет, ну эта любовь? Конечно, я понимаю, что это чувство испытывают многие, но я то не знаю ничего насчет себя. Может она есть у меня, а я не знаю? Ну и о какой работе может идти речь, когда мысли только о чувствах? Сижу я тут в мастерской, за своим столом, а жизнь протекает мимо. Ой, протекает! Вон Олька, одноклассница моя, вчера замуж вышла. Меня пригласили на свадьбу и я, отгуляв на ней, находилась, честно сказать под впечатлением. Так мне всё понравилось: и как в ЗАГСе все серьезные на росписи стояли, а потом поздравляли новобрачных, и пили шампанское, и как поехали на машинах, украшенных шариками и лентами, в Москву класть цветы к могиле неизвестного солдата, как потом в кафе праздновали и веселились. Подружка моя была хороша, как никогда - в белом ажурном платье в рюшах и шляпе, усыпанной цветами. Прямо баба на чайник, только в белом. Я такой наряд бы даже и примерять не стала ни за что, даже если бы все уговаривали и настаивали, но никто собственно и не предлагал. Очень меня повеселили всяческие народные обряды, посредством которых мы вдоволь поиздевались над женихом с невестой: жених выкупал невесту, и булки они кусали, и «Горько!» им кричали, и из туфли пить заставляли. Кстати, как новоиспечённый муж пил из туфли шампанское мне очень понравилось: «Это как же любить надо, чтобы такое вытерпеть! Меня бы точно стошнило, а он с удовольствием!»- думала я во время экзекуции. А ещё был момент забавный, когда решили невесту украсть. Пока девчонки отвлекали жениха, мы поволокли нашу невестушку прятать. В кафе места много, вот мы и пихнули её за какую-то дверь и хорошенечко на большую ручку прикрыли. Вернулись и сидим, ждём, когда поиски начнутся, а жених и не собирается её искать, то выпьет, то потанцует, то опять выпьет. «Так он сейчас наклюкается, и мы его точно до Ольки не дотащим»- сказала я участницам кражи. Решили мы намекнуть ему, что пора бы «Горько» продолжить. Тот, услышав лозунг, губёшки-то пьяные вытянул, а невесты нет рядышком. Заметил, наконец-то! Тут и начались поиски. Под столом посмотрел-посмотрел, посмотрел-посмотрел…. и сел. Устал, наверное. Конечно, столько пить, устанешь тут. Все наши призывы к продолжению поиска не привели ни к чему, и мы решили пойти и вернуть на праздник главную участницу торжества. А времени прошло предостаточно с того момента, как посажена в темницу была наша подруга. Я из гуманных соображений надеялась, что это помещение не темница, а хотя бы свет там есть, ведь никто не додумался посмотреть, куда мы её запихнули, да и массивная ручка на двери мне сразу не понравилась. То, что предстало нашему взору, после того как мы с трудом открыли дверь очень трудно описать, но попробую. Скажу, что свет там был, но включался он только в тот момент, как дверь открывалась, а соответственно, когда закрывалась, то гас. Ну, вообще-то так практически все холодильники устроены. В центре огромного рефрижератора и сидела на лотке с котлетами, рыдая и трясясь от холода, наша невеста, покрытая инеем. Её замечательная шляпка поникла и стала похожа на кисею с подушки, про платье говорить не буду, поскольку пышные рюши обвисли и весь наряд превратился в подобие лохмотьев, через всю эту красоту просвечивался, почему-то розовый лифчик, а усиливала эффект вытянутая вперёд нога без туфли, причём большой палец нагло торчал наружу из колготок. А откуда же здесь вторая туфля? Конечно, она осталась сохнуть на столе, после того как побывала рюмкой. «Вы оф-фи-ге-ли!»- только и смогла сказать нам несчастная, оттолкнув рукой тушку какого-то ободранного животного, которая висела у неё над головой, и опять забилась в истерике. Мы решили, что возвращать безучастному супругу мы снегурочку не будем, а позвали её маму и проводили домой. То, что по дороге вслух думала про нашу компанию родительница невесты не буду, поскольку мы не такие и только её шоковое состояние может простить ей некие лингвистические неточности в наш адрес. А, в общем, свадьба мне ну очень даже понравилась - всё так миленько и весело получилось.
Вместо того, чтобы писать объявление на «Елку», я сидела и фломастером вырисовывала на листе ватмана свадебные наряды. «Ага, наша Туся замуж собралась!»- заглянув ко мне через плечо, на всю мастерскую сообщила Юля. Все повернули головы в мою сторону и с интересом ждали моего комментария. Хорошо, что «папаначальник» сидел, а то по его изумлённому лицу было понятно, что упал бы всенепременно. «Да нет, мне же ещё нет восемнадцати лет, да и не собираюсь я ни в какой замуж»- заблеяла, оправдываясь, я. «Эх, жалко, салатики отменяются!»- подытожила Вета и отвернулась. Все потеряли, слава богу, интерес к моей персоне. «А может и собираюсь?» -подумала я про себя,-«Вот только надо проверить, есть ли чувства или их нет». «Вообще-то без любви не хочу выходить замуж! А вдруг я никогда не полюблю, тогда и никогда замуж не выйду? А вдруг Вова это мой последний шанс и больше меня никто не позовет?» - продолжала я себя терзать. Еле-еле дождалась конца рабочего дня, забежала домой и, схватив котлеты, поскакала в клуб разбираться с Вовой и заодно со своей личной жизнью.
- Вот ты мне замуж предлагал, это серьезно? -Войдя в дверь, сразу я начала свой допрос.
- Кто?- Лаконично ушел от ответа мой жених.
-Ну, когда мы блох женили…
- Ну, во-первых, не женили, а травили, а во-вторых, я не помню, чтобы я тебе предложение делал. Когда это точно было, ты сама помнишь? Хитро так на меня посмотрел Вова и захихикал.
- Нет! Согласилась я. – Точно не помню, но как же цветы и всё такое?
- А ничего такого и не было. Продолжая хихикать, подытожил мой собеседник.
Я разозлилась до невозможности, поскольку ситуация получилась дурацкая - как бы я набиваюсь, а мне отказывают. Страшно обидевшись, я запулила в Вову котлетами и выдала такой монолог, которым, как мне тогда казалось, я перечеркнула все наши с ним ещё не сложившиеся отношения. Конечно же, я озвучила свои мысли о том, что я не намерена терять время на такого «красавца», как он, и что мне, девочке-умнице, учиться надо, а не о женихах думать…Много обидного я вспомнила в тот момент. В общем, в конце текста я опустилась совсем низко и намекнула на то, что котлеты пусть ему его мама носит, а свои я сама съем.
Закончив свою эмоциональную речь, я выскочила за дверь и позорно бежала с поля боя. Ревела страшно, как будто это и был мой последний в жизни шанс выйти замуж, и никто больше меня туда и не позовет. И тут я поняла, что именно этот белобрысый урод мне просто необходим, что мне физически и морально без него плохо, что готова бежать обратно и просить прощения за свою выходку. Но поскольку я засомневалась, что именно эти чувства можно назвать любовью, то не вернулась к Вове, а пошла домой. «А кто его знает, что это за чувство такое?»- размышляла я весь вечер. «Говорят, что когда люди влюбляются, то они ни есть, ни спать не могут»- подумала я и сладко потянулась в постели-«Нет это точно не любовь!»