Добрый, добрый всем день!
Есть темы, появление которых в нашей жизни можно сравнить со вспышкой сверхновой. Ты словно ослеплен, и оглушен, и весь окутан ярким сиянием. И под кожей у тебя будто происходит термоядерный синтез — так обостряется каждый нерв и такой энергией ты готов пролиться… Не спишь, не ешь, высший класс, чемпионский разряд…
Разумеется, такое не может продолжаться долго. И если эту энергию не пустить в какое-то дело, то неизбежно наступает критический момент, когда поверхностное натяжение оказывается сильнее пластичности материала, возникает брешь и вся твоя «большая эмоция» с шипением и свистом улетает в безвоздушное пространство — помахать не успеешь. Если же в дело пустить, может родиться что-то… В общем, что-то может родиться. Возможно, это даже будет двойня. Или тройня, то есть триптих.
Бывают другие темы. Они входят в нашу жизнь тихо и незаметно. Часто, пока ты спишь. Они не зудят, не взрывают нас — срастаются с нами. Навсегда. И даже если порой кажется, что тема ушла, это не так. Просто дыхание ее такое легкое, что грудная клетка почти недвижима. Неосязаемо такая тема живет в тебе, и хотя ты не ведаешь, на нее, как на камертон, настраивается твоя жизнь. И все совпадения — вовсе не совпадения, а резонанс.
У меня одной из таких тем стал океан. Давно когда-то, лет в одиннадцать, я прочитала книжку «Приключения Гука» (Тур Трункатов) о жизни дельфинов. Это был удивительный и волнующий опыт — впустить океан в сердце. И хотя детские мечты ни во что конкретное, связанное с океаном, не вылились (а даже наоборот, позднее меня потянуло в глубины земные, в археологию), вода как форма бытия остается моей большой любовью. И я легко отзываюсь на все, с ней связанное. Я сама — вода. Теку, проникаю, растворяю, питаю, топлю или выношу волной к берегам, качаю, освежаю, дразню, пересыхаю, наполняюсь и наполняю… в общем, живу.
Разговор этот не праздный. К нему есть повод. Появилась некоторое время назад у меня работа — ПЕСНИ ГОРБАТЫХ КИТОВ, брошечка-бохо ().
И знала я тогда, что той работой песня не спета, что будет продолжение. Вот, продолжение.
Новая работа — колье ПЕСНИ ГОРБАТЫХ КИТОВ.
О китах я немножко уже рассказала, кому интересно ( ). Сегодня только порефлексирую на тему.
Вы когда-нибудь представляли, как это — видеть мир сквозь поволоку синевы? Может, у вас есть очки с синими стеклами? И тогда...
За окном плывут в бесконечной глубине деревья, их ветви, словно плавники диковинных рыб, слегка колеблются на ветру. Вот метнулась в сторону стайка испуганных морских голубей. Их сизые тела в синеве кажутся почти черными. По дну двора ползают, с трудом преодолевая сопротивление воды, какие-то дайверы в оранжевых гидрокостюмах. В руках у них загадочные инструменты с длинной рукояткой, которыми они, видимо, обследуют дно, совершая красивые, размашистые дугообразные движения — вправо… влево…
В своем синеоком батискафе спускаюсь к ним. Огибаю риф и вливаюсь в глубоководное течение, по центральной оси которого стремительно движутся неуклюжие тушки неопознанных тюленеобразных обитателей океана. Я не спешу, а потому легко чую на щеке холодок струящегося вокруг пространства, слышу вибрации размытых расстоянием или оглушительно близких звуков, вижу блики сияющих серебристых чешуй…
Если не сопротивляться, то время, замедляясь, преломляется, и ты оказываешься в совершенно ином мире — невесомом, освобождающем тебя от собственной тяжести, парящем. И эта синева! Она окутывает, пеленает каждое твое движение. И каждое твое движение рождает возмущение синевы — в ней бегут, бегут голубые буруны колебаний, сообщая миру ритм твоего дыхания, а значит — повествуя твое существование, крошечное и великое, крошечное — в океане, великое — в уникальности. И сплетаются музыкой ноты снов или грез наяву, и обретают голос, и становятся песней. О вечном. О непостижимом. О том, чему имя — жизнь…
Может, они поют об этом?
Посмотреть колье — синее-синее — можно здесь:
Благодарю всех, кто заглянул!