Сегодня думала о старости. Думала чужие мысли из прошлого. Думала свои мысли из настоящего.
В плацкарте. В соседнем купе - лето, студенты. Рядом. Девочка, голубоглазая блондинка с длинными прямыми волосами. Лет 11, плюс-минус год. "Папа, когда я вырасту, я тоже буду напиваться пивом".
Или другое.
"Сначала я удивился, что не стал известным футболистом. Позже удивлялся, что не стал великим музыкантом. Теперь удивляюсь - а что, нужно вообще кем-то стать?"
Такая себе аллюзия на тему Форреста Гампа.
- Кем ты хочешь стать, когда вырастешь?
- Я?
- Ты.
- А что, разве я не буду самим собой?
Сейчас мы позволяем делать себе то, что не позволяли делать в юности. В старости мы будем позволять то, что кажется немыслимым сегодня.
Мне кажется, что мысли, забредающие на ум в преклонном возрасте, сродни тем, которые появляются в сложных ситуациях, когда не знаешь, выживешь ты или нет. А когда же, если не сейчас?! Так, как жить последним днем. Так, как живут самые счастливые люди.
Мне представляется. Я, на скамейке, под подъездом. С бутылкой сердечного напитка или желудочного отвара наперевес)) "Вот, молодежь пошла..."
И с семками. Обязательно с семками.
В розовых, лакированных мартинах.
В леопардовых лосинах.
В стрингах, с кружевной бабочкой сзади.
В майке с пайетками.
В парике. Тоже, наверное, розовом. Под стать вышеупомянутым мартинам. И поясу. В парике. Синтетическом таком. С дождиком. Вот!
Обязательно с дряблой кожей на руках, и кажется, с небритыми подмышками.
Наверное, сделаю себе татуировку.
И буду носить сумку с жуткими стразами.
И много дешевых стремных фенечек.
И клипсы. Странные такие, пластиковые. И слушать Нирвану или Оффспринг.
И в лет восемьдесят буду делать то, что казалось немыслимым в шестьдесят.