Знаете, в чем здесь для меня противоречие? Акварель, такая воздушная, легкая, как вздох, оказывается, втягивает нас в самую осязаемую из материальных плясок – пляску с вещами. Масло, акрил на холсте самодостаточны, натянуты, как барабан, готовые для оформления комнаты. Но акварель...
Для меня это не картина в привычном смысле слова. Это скорее лист из дневника дня, случайно испачканный цветом и чувством. Утро было синим – синева проступила влажным пятном. Цветок был желтым, и желтизна оказывается пятном в центре. А малиновые брызги – намек на маленькие цветы. Не про стабильность, управляемость, а про мимолетное чувство.
А потом этот шепот требует основательной рамки. Требует паспарту, прорези в белом поле, как будто окна, в которое можно заглянуть. Требует стекла, которое отгородит ее, хрупкую, от пыли, от пальцев, от дыхания времени. Приходится подчиняться: высчитывать сантиметры, стоимость багета и паспарту, откладывать покупку антибликового стекла на потом, покупать простое акриловое, которое легче переслать по почте. Получается парадокс: самое эфемерное искусство, искусство воды и света, обретает тяжелое обрамление, за которым еще нужно съездить за 60 км., чтобы заказать, а потом вновь, чтобы вернуться и забрать (в моем случае это так).
Пока другие работы, стопки легких, как перо, листов, лежат в папке, ждут своей очереди на оправу, они живут как будто спящей жизнью. В этом ожидании, в этой отсрочке между мгновением и оформлением есть своя философия – оставаться немного неприкаянными, не до конца оформленными. Оформление, такое дорогое и хлопотное, – как цена за право впустить эфемерное в наш прочный, измеренный мир столов, стульев и стен. Цена за то, чтобы тончайший намёк стал собеседником.
Ps: что я хотела сказать, если кратко. Что вклад в оформление работы имеет немалый вес по затратам времени и финансам. Было бы легче, если б можно было зайти в ближайший канцелярский магазин и купить рамку. Но так почти не бывает.