«Во второй половине 40-х годов в Кремль к Сталину были вызваны министр, которому подчинялась часовая промышленность и директор одного из Московских часовых заводов. В приемной долго не задержались. Вошли в кабинет к «самому». Кроме Сталина там находились Каганович и Берия. Без предисловий Сталин открыл ящик стола, достал из него наручные часы и, показывая их министру и директору сказал: «Есть мнение Политбюро, что Народу-Победителю нужны часы. Предлагаем Вам освоить в производстве этот образец и назвать их «Победа», в честь Победы над Германией. Сколько вам нужно времени для освоения? Года хватит?». «Хватит» — быстро ответил министр. В этом кабинете дискутировать было не принято. Выйдя на улицу директор набросился на министра:«Ты что? Какой год? Мы и за три их не освоим!». Вернулись в приемную. «Товарищ генерал», — обратился министр к секретарю Сталина Поскребышеву. «Мы тут посовещались и думаем, что за год с часами не управимся. Что нам посоветуете?» «Застрелиться», — кратко ответил генерал.
Прошел год. Берия приглашает К.М. Брицко, заместителя Министра промышленности, курировавшего часовую отрасль. «Сделали?» — спрашивает Берия. «Сделали, Лаврентий Павлович», — отвечает Константин Михайлович. «Давай». Взяв в руки часы, Берия долго крутил их в руках, прикладывал к уху и вдруг кинул их в стену. У Константина Михайловича по спине потекла холодная струйка пота. Он поднял часы и прислонил их к уху. «Ходят, Лаврентий Павлович», — сказал он. «То-то», — ответил Берия». (Отрывок из книги В.Г. Богданова, посвященной часовому заводу «Слава».)