Поздним вечером из рощицы у подножия холма вышел человек. Изрядно поношенная одежда и тощий дорожный мешок - он явно проделал длинный путь. Человек пошатывался от усталости, но в изможденном лице читалось упорство.
Когда он поднял голову, его глаза засветились радостью. Впереди, на холме, стоял Храм. Храм, в который он шел очень давно.
Питаясь впроголодь, ночуя под дождем, подрабатывая за еду в деревнях по пути - он шел к Храму, искренне веря, что там он найдет ключ.
Ключ к своей жизни.
Когда он добрел до храмовых врат, силы оставили его. Человек мешком повалился в траву. Привратник бесстрастно наблюдал за тем, как человек лежал неподвижно, затем заворочался, подполз к створке, глухо зарычал и заставил себя сесть, опершись на столб. Глаза его закрылись.
Солнце успело взойти снова, прежде чем человек нашел в себе достаточно сил, чтобы достать из мешка лепешку и поесть. Потом он задремал. Ближе к полудню он сумел встать и сделать шаг в сторону Храма.
Привратник заступил ему дорогу и сделал отрицательный жест.
Человек хрипло засмеялся и уперся ему в грудь рукой.
Привратник пожал плечами и отступил на шаг. Человек попробовал сделать еще один шаг - и не смог. Собственно, шаг он сделал, но расстояние между ним и Храмом осталось прежним. И распахнутые врата тоже не приблизились. На лице человека проступило недоумение.
Привратник бесстрастно взирал на происходящее.
- Как же так? - пробормотал человек. - Я столько лет шел... А теперь что?
Привратник снова пожал плечами.
- Это какая-то проверка, да? - в голосе человека слышалась надежда. Сейчас, сейчас неприступный привратник объяснит ему правила игры, и можно будет что-то предпринять.
Привратник молчал.
- Ну все-таки! Что мне делать?
Привратник молчал.
- Ничего не понимаю... Говорили, что в Храме знают, как найти себя, про ключ к своей жизни могут рассказать... Да я сам видел людей, которые здесь побывали! Им, значит, можно, а я пройти не могу?! - человек понемногу распалялся.
Привратник молчал.
Не помогали ни уговоры, ни аргументы. Привратник молчал, изредка пожимая плечами в ответ на вопросы.
Человек поставил шалаш, сходил в деревню за провизией и приготовился ждать.
Однажды он увидел, что привратника нет на месте. Рывок в ворота - скорее, пока суровый страж не вернулся! - и снова безуспешно. С час он провел в бесплодных попытках, потом привратник вернулся. Его лицо было по-прежнему спокойно. Ни злорадства, ни раздражения.
Шли дни. Начались дожди, затем выпал снег. Человек перебрался в деревню. Крепкие руки и отзывчивость помогли ему быстро снискать расположение жителей, но никто из них тоже не мог подсказать, как быть с Храмом.
Пришла весна, за ней лето. Человек пригонял скот пастись на склонах холма, а сам пробовал войти, раз за разом убеждаясь в тщетности. Однажды он попробовал перепрыгнуть врата с помощью шеста, потом неделю лечил ушибы.
И еще одна осень, и еще одна зима.
И еще год.
И еще один.
И еще.
Человек оставил свои бесплодные попытки войти. Лишь иногда, проходя мимо храма по делам или просто гуляя, он с легкой печалью бросал взгляд на врата, но сразу отворачивался и ускорял шаг.
- Слушай, соколик, можешь сходить козу поискать? - старушка из крайнего дома с трудом доковыляла до лавочки под окном. - Моя Дереза опять отвязалась да и удрала, а скоро доить пора...
Человек улыбнулся:
- Конечно, бабушка. Прямо сейчас и схожу.
Свободолюбивая коза обнаружилась за холмом. Человек осторожно подошел, ухватил веревку и повлек скотину к деревне.
Рогатая упрямица мекала, мотала головой и идти не хотела. Но ему не впервой было доставлять Дерезу домой, так что он просто шел, время от времени потягивая веревку.
Неподалеку от врат старая веревка лопнула, и коза, топоча, устремилась на свободу.
- Вот ведь скотина упрямая! - человек побежал вслед. Через несколько шагов коза встала: размочаленный обрывок веревки запутался в ветвях колючего куста.
Высвободив веревку, человек легонько подтолкнул Дерезу:
- Пошли, рогатая...
Выходя из храмовых врат, он улыбался.