У всех нас было разное детство.
Но те, кто как и я, родился еще в советское время,
помнят подобную ситуацию.
Когда тебе загадывают "по-честному" трудную загадку:
ты морщишь лоб,
чешешь в затылке,
выдаешь многозначительное "эээээ..."
Ничего не помогает.
"Ну! Сдаешься?!?!" - радостным голосом спрашивают тебя.
И ты, уже шмыгая носом, но с гордо поднятой головой заявляешь:
"Русские не сдаются!"
* * *
Четыре дня сидели без холодной воды...
Из-под крана - крутой кипяток...
Картина маслом: я в диэлектрических перчатках мою посуду 
На кухне как в парилке, окна запотели.
Балкон уставлен разношерстными ёмкостями с кипятком.
Студим 
Сильно страдает кот, привыкший пить ледяную воду прямо из-под крана...
Филимон Сергеевич тусуется около ванной, жалобно глядит в глаза каждому входящему-выходящему с ведрами и кастрюлями...
"Моня, дорогой! Нету твоей любимой водички, понимаешь?" - в который раз говорю я коту, наливая в миску покупную питьевую воду... "Ну, пей ты! Горе луковое!"
Под конец первого дня кот сдался и обреченно лакал, что предлагали. После этого часами сидел на подоконнике и грустно смотрел в окно...
А, за окном, что называется "до кучи", для поднятия боевого духа: дождь со снегом и гряяяязь...
Сын пришел из школы...
Ай, молодец!
Запнулся и плашмя грохнулся в октябрьскую слякоть всеми частями тела, вместе со сменкой и папкой для ИЗО. Ранец не пострадал, потому как на спине... Штаны, перчатки, куртка... А, воды-то нет... 
Пошла в магазин.
Бреду и думаю о жизни: ну, какого растакого?!?!?
Впереди меня - бабуля: в одной руке тросточка, другой тащит за собой тележку на колесиках.
Догоняю. Предлагаю помощь.
Бабуля улыбается в ответ, передает мне тележку и бодро бежит впереди меня, показывая дорогу.
- О, как Вы шустро бегаете! - удивляюсь я.
- Эх, милая, это разве шустро? Вот как я на своих-то ногах бегала: не догонишь!
Останавливаюсь, как вкопанная.
Тупо смотрю на нее: ноги как ноги... в черных поношенных ботинках типа "прощай молодость"...
"У меня свои ноги только до щиколодок, а там - протезы", - смеется она, видя мое изумление.
Идем.
Она рассказывает, как много-много лет назад зимним утром торопилась на работу.
Темно еще. Снег. Ветрище.
На трамвайных рельсах подскользнулась, упала...
Водитель трамвая - тоже человек... С утра не выспался... Метель...
Потом долго лежала в больнице... Операции... Протезы... Заново училась ходить...
- Тяжело Вам... - ошарашенно говорю я.
Она останавливается, смотрит на меня с улыбкой и выдает:
- Знаешь, я каждый день Бога благодарю. Понимаю твое недоумение... Ты думаешь: за что? А за то, что тогда живая осталась. Только ноги потеряла, а могла-то головы лишиться, как у Булгакова, помнишь? И доктора мне хорошие попались - выходили. Протезы мне сделали. И бегать я на них научилась шустро, как ты говоришь. И дети у меня, и внуки. И каждый день Бог мне добрых людей посылает. Сегодня вот тебя прислал...
- Молодец Вы, не сдаетесь... - говорю я, потому что просто не знаю, как сказать по-другому.
- Да, какая уж я - молодец... А, сдаваться нам никак нельзя. Забыла что ли? Русские не сдаются!
* * *
Вернулась я домой под большим впечателением.
Привычным жестом надела красные диэлектрические перчатки, открыла горячий кран...
Раздался шипящий звук... Воды не было... Из холодного уже даже не шипело... Потрогала батареи: чуть теплые...
В аварийке объясняют: трубу на трассе поменяли, а когда стали закапывать - экскаватор зацепил ковшом трубу горячего водоснабжения, сейчас бригада работает. К ночи ждите всю воду и отопление снова включат.
Сняла перчатки, подошла к окну.
Кот повернул на меня голову, как бы говоря:
"Присоединяйся, будем ждать. Ведь сдаваться нам никак нельзя. Забыла что ли? Русские не сдаются!.."