Так как у нас в магазине сегодня опять фиалки, то еще одна история про любительницу фиалок!
Кстати, большой поклонницей фиалок была Сара Бернар, говорят, что фиалки были ее любимыми цветами. Студенты дарили ей после спектаклей только фиалки, ее туалеты и квартира благоухали ароматом фиалок. Сара была очень эксцентрична, болезненна и совсем несчастна в детстве. Известно, что она везде возила с собой свой гроб, да-да, любила спать в нем и устраивала в нем фотосессии и репетиции своих похорон, так вот. Такая вот попытка примириться со смертью. Этот каприз она воплотила в жизнь после того, как ей поставили неутешительный диагноз – туберкулез, она сказала матери, что если она может умереть в любой момент, то хочет это сделать красиво, и чтобы ее не похоронили в каком-нибудь там уродце… Сара прожила довольно долгую жизнь, умерла в возрасте 78 лет, да, еще ей ампутировали ногу, но и после этого она выступала на сцене, вот так характер!
Еще говорят, что она как-то по-особенному гримировалась, например, она ввела в моду гримировать уши, да-да, это особенно оттеняло бледность лица..
Ну, и Цветаевское, тут и фиалки, и Сара.
В Париже
Дома до звезд, а небо ниже,
Земля в чаду ему близка.
В большом и радостном Париже
Все та же тайная тоска.
Шумны вечерние бульвары,
Последний луч зари угас,
Везде, везде всe пары, пары,
Дрожанье губ и дерзость глаз.
Я здесь одна. К стволу каштана
Прильнуть так сладко голове!
И в сердце плачет стих Ростана
Как там, в покинутой Москве.
Париж в ночи мне чужд и жалок,
Дороже сердцу прежний бред!
Иду домой, там грусть фиалок
И чей-то ласковый портрет.
Там чей-то взор печально-братский.
Там нежный профиль на стене.
Rostand и мученик Рейхштадтский
И Сара - все придут во сне!
В большом и радостном Париже
Мне снятся травы, облака,
И дальше смех, и тени ближе,
И боль как прежде глубока.
М.Цветаева Париж, июнь 1909
