История шали

История шали | Ярмарка Мастеров - ручная работа, handmade

У многих народов – немцев, французов, англичан, русских и др. – слово «шаль» звучит примерно одинаково, так как заимствовано из персидского языка (перс. schal).

Мода на шали возникла в Европе после египетского похода Наполеона Бонапарта. Именно тогда Наполеон привез своей обожаемой Жозефине Богарне множество восточных подарков – сокровищ, среди которых были кашемировые, или, как было принято говорить, кашмирские шали. Супруга императора сходу ввела шали в обиход, с ее лёгкой руки шали стали неотъемлемой частью гардероба французских аристократок, быстро распространившись и по всей Европе. И конечно в России.

Именно Жозефина и её интимный кружок оказали серьёзное покровительство талантливому портному Леруа, который стал одевать весь императорский двор и считался творцом новой моды в стиле ампир. Однако ампирные туалеты были, при всей их привлекательной лёгкости и прозрачности ещё и очень холодными! А климат Парижа всё-таки отличался от климата Древней Греции…

Врачи умоляли запретить эту моду, предлагая дамам отправиться на кладбище Пер-Лашез и посмотреть, сколько хорошеньких ветрениц умерло из-за неё от простуды. Однако женщины, не желавшие расставаться с обольстительными нарядами, предпочли решить проблему проще и стали греться с помощью новинки – тёплых шалей.

К тому же, на платьях с кружевами, бантами и фижмами, шаль бы просто потерялась и прикрыла бы его пышное великолепие. А простое светлое платье эпохи ампира оказалось будто созданным для того, чтобы оттенить его строгость яркой шалью. Они нашли друг друга – платье, напоминающие об античных временах, и накидка, напоминающая о них же.

Шали были всевозможных форм и размеров: длинные, квадратные и даже восьми­угольные. Особенно ценилось искусство драпировки шали. О женщинах того времени чаще говорили, что они «хорошо задрапированы», чем «они хорошо одеты». Шаль была настолько популярна, что в начале XIX в. появляется танец «па де шаль». Так девушки демонстрировали свое изящество, грациозность и хорошую осанку. Эта традиция сохранилась до конца XIX века. Подтверждение данному факту можно найти в романе Ф. М. Достоевского «Преступление и наказание», где Мармеладов говорит Раскольникову: «Знайте же, что супруга моя в благородном губернском дворянском институте воспитывалась и при выпуске с шалью танцевала при губернаторе и при прочих лицах, за что золотую медаль и похвальный лист получила». Авторитетный журнал для дам не менее авторитетно заявлял: «Едва ли нам известен лучший способ проверить вкус настоящей леди, чем посмотреть на её выбор шали и на манеру носить её».

Один конец шали обёртывался вокруг руки, а другой спускался до самой земли. Чтобы шаль удерживалась в нужном положении, сохраняла красивую драпировку, в её углы вшивали маленькие металлические шарики, иногда такие шарики вплетали в кисти.

А на Руси женщины до конца XVII века покрывали голову белым льняным полотенцем с вышивкой – убрус, который постепенно уступает место разноцветному платку. Слово «платок» исконно русское, «плат» – кусок ткани. А спустя еще 100 лет (1790г.) в русском языке появляется персидское слово «шаль», означающее большой узорный платок. Считается, что производство первых шалей началось еще в XV веке в Кашмире, на северо-западе Индии. Там столетиями разводили коз с нежнейшей шерстью, из которой ткали тончайшие покрывала – «шали», предмет мужской (!) одежды. Да и сама профессия ткача была сугубо мужской. Шаль могли вышить, а могли и соткать, и вторая разновидность ценилась куда выше первой. Шали, привезенные из Индии, стоили баснословно дорого. И эта дороговизна вполне объяснима: над обычной шалью три ткача трудились несколько месяцев, а сложную, с замысловатым узором, ткали от полутора до четырёх лет. Кашмир вообще славится в мире высоким качеством шерсти (пашмин и шатуш). Суровые зимы с температурами, доходящими до 35 градусов мороза, способствуют появлению толстого подшёрстка у козочек.

Но уже с 1800 года в Шотландии, в городе Пейсли, наладили производство имитаций индийских шалей (многие знают, что благодаря ему восточный узор из «огурцов» и получил название «пейсли»). Шотландские шали с рисунком «в ёлочку» делали из смесовых тканей (хлопка и шёлка).

В Европе набивные шали имели очень сложный рисунок. На Лионских мануфактурах делали набивные шали из тонкого натурального шёлка. На мануфактуре Таулера и Кемпинг в Норвиче делали высококачественные шали из тонкой шерстяной ткани, иногда с добавлением шёлковой нити.

С введением в моду кринолинов женщины продолжали носить шали. На платье с его широкой юбкой, порой 5-6 метров в окружности подола, уходило очень много ткани, так что любой вид верхней одежды, кроме всевозможных накидок и шалей, подходил к ним мало.

Шерстяные шали, соответственно, тоже увеличивались в размерах, покрывая значительную часть платья, и могли теперь достигать 4 м в длину.

Во времена правления Наполеона III и его жены императрицы Евгении становятся очень популярными небольшие шали из французского кружева «шантильи». Знамениты были также бельгийские шали из игольного кружева. А в Испанию, через манильский порт (Манила – столица Филиппин), из Китая прибывали шёлковые шали, прозванные «манильскими» – им предстояло стать частью костюма испанских цыганок.

К тому времени в холодном российском Оренбурге вовсю уже вязали ставшие впоследствии знаменитыми пуховые платки и шали из козьего пуха. Как гласит легенда, первая оренбургская шаль была подарена императрице Екатерине II одной казачкой. Царица поразилась искусной работе, щедро одарила мастерицу, но приказала слугам ослепить её, чтобы никто ничего подобного больше не сделал.
К счастью, у казачки была дочь, которой она успела передать секреты вязания. Такова легенда.

Мы знаем, что, начиная с середины XIX века, оренбургские пуховые изделия не раз удостаивались медалей на Всемирных промышленных выставках в Лондоне, Чикаго, Брюсселе. Размером 3,5м х 3,5м, лёгкие ажурные паутинки поражали своей красотой и тонкостью – платок можно было продеть сквозь золотое колечко и уместить в скорлупе гусиного яйца.

Международная слава русских кашмирских шалей началась с первой Всемирной промышленной выставки в Лондоне (1851). Их выполняли в сложнейшей технике двустороннего ткачества, то есть шали не имели изнанки, и их можно было носить на обе стороны. Позднее эту технику освоили и в других европейских странах.

Шали эти были созданы руками крепостных девушек в мастерских Н. А. Мерлиной и Д. А. Колокольцова – помещиков Нижегородской губернии. По качеству эти изделия ни в чем не уступали индийским образцам. Для ткачества пряли нити из пуха сайгаков и шерсти тибетских коз. Пряжа была так тонка, что волос в сравнении был толще. На русских мануфактурах были выработаны особые приёмы обработки пуха тибетских коз, вигоней и сайгаков – моточек пряжи весом 13 граммов состоял из нити длиною в 4,5 километра.

Шали Мерлиной были чудом ремесла. За год в мастерских выпускалось примерно 16 шалей. И изготовление их стоило здоровья молодым ткачихам, их трудовой век оканчивался задолго до наступления 30 лет: потеряв зрение, они считались непригодными для ткачества. Для крепостной это было выкупом за свободу: каждую шаль, имевшую десятки оттенков (!), две мастерицы ткали от полутора до двух лет, и стоила она целого состояния — до 32 тысяч рублей.

С середины XIX века, в России начинают массово производить шали с набивным рисунком, которые были гораздо дешевле тканых. И тогда шаль становится достоянием всего народа, прочно войдя в быт всех слоёв русского общества. Теперь ею обладают не только дворянки и богатые купчихи, но и мещанки, и крестьянки.

XX век сделал акцент на шляпке и шапочке. Платки и шали заменили вязаными шарфами. Но шали не вышли совсем из обихода.  Во второй половине ХХ в. мода на шали из ткани вновь вернулась. Они стали рассматриваться как дополнение к костюму. И непременно – как тёплая вещь.

Комментарии
Комментариев пока нет