Андрей Поляница (andron)

Имя Андрея Поляницы хорошо известно иркутской творческой публике. Интересы этого молодого талантливого художника весьма разнообразны: помимо живописи он профессионально занимается гончарным искусством, фотографией, дизайном интерьеров и ландшафтным дизайном.
Работы Андрея Поляницы регулярно выставляются в музеях и художественных галереях в России и за рубежом, хранятся в частных коллекциях Японии, Кореи и Китая, Великобритании, Германии и Португалии, Австралии и США.
Необычайно ярко выражает себя Андрей Поляница как керамист. Каждая его новая работа не похожа на предыдущую и, в то же время, вполне узнаваема по авторскому стилю. Такова, например, серия керамических кулонов и вазонов «Шишкинские писаницы», в которых автор по-своему интерпретирует тему первобытного искусства Прибайкалья. Используя в работе технику втертой глазури и пигментов, автор достигает эффекта патины времени, присущего древним наскальным рисункам.
Технологии в искусстве керамики очень индивидуальны, и, используя в своих работах максимальное разнообразие методов, Андрей Поляница особое внимание уделяет восстановительному обжигу. Именно в этой технике выполнена глиняная свистулька «Петя». Используя в данной работе метод дымления и золочения, автор намеренно имитирует в керамике чеканку по металлу. В этой же технике выполнена целая серия выразительных, запоминающихся работ «Птицы».
Еще один яркий образ – двойная станковая скульптура «Байкальские чичики», выполненная в задорном, юмористическом ключе. В основу этой работы легли этнические мотивы русской сибирской деревни. Метод лощения и дымления керамики, традиционно использующийся в украинском народном промысле, удачно передает здесь замысел автора, вызывая ассоциации с народной керамической игрушкой. А в таких работах, как «Гармонист», «Черепаха», «Хоровод» автор добивается максимальной выразительности, используя сочные, насыщенные цветные эмали.
Андрей Поляница обладает очень важным для художника даром – видеть необычную форму обыденных предметов, подмечать и передавать в глине трудноуловимое, но столь значимое для восприятия «живое начало» своих скульптурных героев. Вот перед зрителем распахивает полое нутро орущий весеннюю серенаду мартовский кот; вот замерли в экстатическом действе певцы, запрокинувшие к Солнцу древние кикладские лица; вот нахохлившийся, продрогший ворон «на голой ветке сидит одиноко»…
Автор полон интересных, оригинальных идей и успешно реализует свои творческие проекты как в живописи, так и в керамике. Впереди новые выставки, новые замыслы и новые работы.



Евгения Попова, искусствовед