> Журнал > Публикации > История рукоделия > Народный костюм некрасовских казаков

Народный костюм некрасовских казаков

27.01.2014 17:14     Просмотров: 11819     Комментариев: 1     
Виды творчества:   Куклы и игрушки > Народные куклы

Мало кто знает кто такие казаки-некрасовцы... Однако история этих казаков, их обычаи и костюмы очень интересны...

 

Краткая история казаков-некрасовцев.

Некрасовцы - потомки донских казаков и крестьян. Их предки 250 лет тому назад принимали активное участие в антифеодальной войне под руководством Кондратия Афанасьевича Булавина и Игната Некрасов.

некрасовские казаки

Некрасов собрал значительные силы в Паншине и Есауловской, намереваясь идти на Черкасск. Это обеспокоило В. Долгорукого, который, не скрывая опасности, писал 5 августа полковнику Дедюту: «... А на Дону Некрасов збирает великие войска воровские. Боже сохрани от него, ежели зберетца, не плоше Булавина». 

Некрасов, находясь в станице Голубинской, ждал прихода Н. Голого с отрядами повстанцев. Чтобы не допустить соединения отрядов Голого и Некрасова, В. Долгорукий и Шидловский со своими полками напали на станицу Есауловскую, а Хованский - на городок Паншин. В ожесточенном бою Некрасов потерпел поражение. Чтобы спасти участников движения от поголовного уничтожения, он уводит булавинцев (в сентябре 1708 г.) на Кубань. Правительство считало восстание на Дону подавленным.

Затем Игнат-казаки – так они стали себя называть после смерти Некрасова - переселились к озеру Майнос в азиатской Турции. Здесь и стали жить по своим законам, которые они назвали «Заветы Игната Некрасова». Законы были записаны в большой книге, которая хранилась у атамана.

Прожив на чужбине более 250 лет, они смогли сохранить в условиях турецкого окружения обычаи, обряды, русский язык, песни

Народный костюм некрасовских казаков.

Костюмы у некрасовцев совсем не казацкие - яркие шелковые ткани, балахоны - это больше напоминает праздничные одежды турков…

казачий костюм

Местность и окружение оказывают влияние на человека. Отразилось это и на русских казаках, проживающих в Турции. Костюмы их совершенно не похожи на обычную одежду казаков. Некрасовский костюм очень яркий, можно даже сказать эпатажный. Поверх рубахи на турецкий манер некрасовцы всегда одевали желто-синий балахон, который спереди по всей длине застегивался на пуговицы. Балахон шился из ярких турецких тканей. Вообще вся расцветка костюма была связана с круговоротом жизни на земле: желтый цвет символизировал зерно, синий – воду, красный – солнце, а зеленый – зелень, пробуждающуюся жизнь.

Нижний край одежды и все швы обязательно украшались вышивкой, узор которой по языческим преданиям являлся оберегом. Технически она была очень сложная и требовала кропотливой работы. По поверью, «нечистая сила» не могла ни войти, ни выйти через отверстия, защищенные рукотворным декором. Обычно выполнялся узор тонкой черно-желтой нитью. 

Одежду некрасовцы передавали из поколение в поколение – из рубахи отца шили рубаху сыну, из рубахи матери – дочери. Весьма интересны у некрасовцев были головные уборы женщин. По ним можно было узнать, сколько лет женщине, замужем ли она. Девушки носили тканевые повязки, украшенные различными оберегами: монетками, маленькими ракушками, бисером. Поверх повязки - яркий платок красно-желтой расцветки. Кстати, все швы, соединяющие детали одежды, сшивались при помощи игольного кружева, которое плелось разноцветными нитками. Сейчас, к огромному сожалению, техника традиционной некрасовской вышивки полностью утеряна. 

 

Свадебные костюмы некрасовцев.

 У казаков-некрасовцев в большей степени, чем у донских казаков, сохранились архаические черты древнего восточнославянского свадебного обряда, где брак рассматривался как умирание девушки и воскресание в «мире ином». Об этом свидетельствуют четко читаемые в свадебном обряде некрасовцев такие действия, как:

1) «сажание невесты «на посад» за «стол-престол»;

2) прощание невесты с тем, что окружало ее в девичестве, ярко выразившееся в прощании с родными и со своей половозрастной группой (запивание руки);

3) манипуляции с косой и волосами невесты (заплетание косы, торговля-выкуп и расплетание косы).

К этим же действиям, на наш взгляд, следует отнести и многочисленные переодевания невесты на протяжении всего свадебного обряда, явно направленные на изменение облика невесты, ее оберегание и подготовку к новому периоду жизни.

народный костюмСледует отметить, что в свадебном обряде участвует весь традиционный комплекс женской одежды с аксессуарами и атрибутами, которые, несомненно, исполняли религиозно-магические функции.

Женский костюм некрасовки состоял из рубахи, надевавшейся прямо на тело. Поверх рубахи надевался «балахон» — вид распашной одежды с узким коротким рукавом. Балахоны шились вначале из полосатой набойки, затем из полосатой ткани фабричного производства; балахон носили с 12—14 лет, подчеркивая этим переход девочки в следующую возрастную группу. Поверх балахона носили завеску-фартук, по подолу обшитый красной отделкой — «кырмызом». Сзади за веревочку заправлялись «мутозоки» — завязки из разных кусочков тканей с пушистой кистью из разноцветных шерстяных нитей. Девочки и девушки на голове носили «связку» — сложенную в несколько раз полоску ткани (бордово-оранжево-черной), украшенную бисером, монетами, раковинами каури. Поверх связки иногда надевали платок красно-желтой расцветки — «уруминский». Платок складывали по диагонали и завязывали под подбородком. Женский головной убор — «бабичий» — состоял из четырех элементов.

В приданое, которое готовили родители невесты («налаживали сундук»), входили 60 рубах, 40 балахонов, завески, бахилы – легкие сапожки, катаур – девичий пояс из гаруса с металлической бляхой с изображением птицы Феникс, кулан – женский пояс из гаруса с махрами на концах, кокошник (сорошник, сорока) – головной убор из парчи, украшенный жемчугом, рубинами, бирюзой, золотыми или серебряными монетами. Кокошники были двух видов: девичий – маленький, с гладким верхом, наподобие шапочки, и замужней женщины – большой, с рожками, который женщина носила по праздникам. Кроме того обязательно готовилась и кичка-шапочка с рогами, который шили из подкладочного материала, проваривая его в сахаре или крахмале. Рожки делали высотой до 15 см и набивали ватой. В приданое также входили шелковый шарф-«лента», шлычка. С момента начала подготовки приданого мать надевала девушке золотые серьги. Просватывали невесту в 13- 14 лет, а свадьбу играли, как правило, когда невесте исполнялось 15—16 лет. Независимо от сроков свадьбы, когда невесте исполнялось 15 лет, жених дарил — «справлял» — невесте одежду-балахон, сарафан — стеганую на вате одежду, которую носили зимой по праздникам вместо балахона, завеску, платок, серьги монисты (ожерелье из монет), для того, чтобы свадьба непременно состоялась. Этот комплекс одежды и аксессуаров скорее всего надо рассматривать как кладку — материальное обеспечение женихом невесты, сохранившуюся у донских казаков верховых станиц под этим названием до начала XX в.

народная кукла

С этого момента невесту начинают беречь «от сглазу», чему придается первостепенное значение. Ярко выраженный апотропейный характер в этот период имеет одежда невесты. Она носит рубаху, балахон и завеску, но старые или чужие, «чтоб невесту не узнали», в подол которой втыкают булавки — обереги. Голову невеста покрывала платком, в косу вплетала веревочку с узлами. Имени невесты в этот период вслух не произносили.

После «большого начала» — сговора — невесту «сажали на посад» в угол под иконы. Смысл обряда — в прощании невесты с матерью, сестрами, подругами, всем, что окружало ее в этом мире. Невеста плакала, подруги «оголашивали» ее. Не приходится сомневаться, что во время сидения у стола и происходила символическая «смерть души». Заметим при этом, что на невесте — будничная рубаха из простого материала, подпоясанная веревочкой, на ногах обувь без каблуков, т.е. тот наряд, в котором ходят девочки-некрасовки, не достигшие брачного возраста (в аналогичном наряде хоронят и умерших женщин).

Момент «смерти девичьей души» подчеркивался и головным убором невесты: на распущенных волосах — связка и девичий кокошник-сорока, что подчеркивало неопределенность ее социально-возрастного статуса.

После оплакивания подруги уводят невесту в баню, а потом наряжают по-праздничному, во все новое, подаренное свекровью, что символизировало единение невесты с семьей жениха. Праздничный костюм шился из более дорогого материала.

В него входили все элементы традиционного костюма, надеваемые в уже перечисленном порядке, за исключением рубах, которых на этот раз надевалось две — под низ светлая, из простого материала, с красной отделкой («кырмызом») и «матущим» рукавом — спальную, которую привозила сваха со стороны жениха. Сверху надевали шелковую рубаху, сшитую из ткани нескольких расцветок, также отделанную «кырмызом». Поскольку подвенечную рубаху наделяли апотропейной и оплодотворяющей силой, горловину, манжеты вышивали мелким крестом, а ткани на рубаху брали с крупным растительным орнаментом. Балахон отделывали серебряными пуговицами и серебряными «плащами» — круглыми нашивками, расположенными вдоль застежки. Иногда и по низу балахона нашивали мелкие монеты-«левнички». При этом надо заметить, что если рубаха в желтых тонах, то балахон надевали «красненький», и наоборот. Отметим, что аналогичные цвета фиксирует и Домострой, давая описания свадебного обряда XVI в., где для невесты рекомендуется желтый летник и красный сарафан.

Поверх балахона крепили шелковую завеску, отделанную «кырмызом» и кружевом. Рубахи и балахон подпоясывались веревочками, причем каждая деталь комплекса отдельно. Пояса у всех восточнославянских народов считались предметом сакральным, а также связанным с продуцирующей и апотропейной магиями. В связи с этим, большое значение придавалось мутозо-кам, они заправлялись за веревочку, которой был подпоясан балахон. Праздничные мутозоки шились из шелковых кусочков ткани и заканчивались гарусной кистью из нитей 5 цветов. Мутозоки имели большое символическое значение, связанное с продуцирующей магией (аналогичны наспинным «грибаткам» в крестьянском костюме южнорусских губерний). По расположению мутозоков судили о семейном положении женщины. Девушки носили их сзади параллельно друг друга. Пожилая некрасовка подтыкала их сзади несколько раз, а вдова, желающая выйти замуж, носила справа один спущенный вниз, другой подоткнутый мутозок. В день венчания просватанная девушка надевала мутозоки справа параллельно друг другу (так же носили мутозоки женщины по большим праздникам). На ногах — белые чулки с золотыми или серебряными нитями и бахилы. Помимо серег, невеста надевала жерелки — короткое ожерелье из нашитых на ткань монет, монисто — длинное ожерелье из монет — дар свекра, иногда дублу — большую серебряную монету на цепочке и пояс-катаур. Невесте заплетали одну косу, в которую вплетали махор — серебряную пластинку с подвешенными на цепочках серебряными монетами. Посреди пластинки вставлен рубин или другой драгоценный или полудрагоценный камень. Голову повязывали связкой.

Обращает на себя внимание обилие красного цвета в одежде второй части свадьбы (после «посада»). Красный цвет считался в народе обладающим особыми волшебными свойствами. Он отражает символику любви, брака, брачной ночи.

После выхода к родным и жениху и поклона невеста подносит жениху стакан с вином и кланяется до земли «обеими руками», жених наступает на рукав рубахи невесты — магический обряд, связанный с подчинением, послушанием жены мужу и миром в семье.

Затем невесту сажают в красный угол, где она снимает девичью связку и отдает ее подруге на память. Ей надевают девичью сороку и накрывают покрывалом. Начинается торг — выкуп косы («золотить косу»). Продажа косы как бы сливалась с продажей самой невесты, а также выкупом места возле нее. Выкуп места и выкуп косы — один и тот же обряд, но выкуп — более поздняя трансформация его. Вероятно, этот ритуал в XIX в. был лишь реминисценцией когда-то существовавшей купли невесты. После получения денег «за косу» в дом входила свашка жениха, которой свашка невесты передавала женский — «бабичий» — головной убор. Он состоял из «каука» — наполненного овечьей шерстью валика из хлопчатобумажной ткани, поверх него надевали шлычку-повязку в форме птицы, потом повязывали широкую, без украшений связку и покрывали платок, т. н. «уруминский» (румельский), оборачивая один сложенный край вокруг головы. При этом хвост шлычки обязательно выглядывал. В данном случае приносили праздничную шлычку из набойки с бордовым узором «край лапка» и платок «большой руки», т. е, длиной 1,5 м, один угол которого украшен гарусными кисточками, кружевом и нашитыми пушками из гусиного пуха.

Процессия отправляется в церковь венчаться. Невесте, чтобы уберечь «от сглазу», в одежду и косу втыкали булавки, а в бахилы насыпали проса, чтобы жизненный путь был счастливым. На металлическом блюде в церковь несли каук, шлычку, связку, платок. После обмена кольцами (с камушками) читали молитву и молодую отводили в женское помещение церкви для совершения повивания — кульминационного момента свадьбы, т. к. перемена прически и подбор волос под головной убор были основным отличием женщины от девушки, символизировали окончательное закрепление власти мужа и переход женщины в его род. Обычай закрывать волосы замужней женщины очень древен. В основе его представление о том, что открытые волосы замужней женщины якобы приносят несчастье — неурожай хлеба, падеж скота. Представление о них связывалось с идеей плодородия. По мнению Гаген-Торн, невеста, выходя замуж в другой род, могла повредить ему своими волосами, вернее, заключенной в них магической силой.

В церкви сваха и сват со стороны жениха снимали с молодой сорошник и заплетали 2 косы, которые обвивали вокруг головы (кто первый заплетет — мужчина или женщина — тот из молодых и будет верховодить в семье), повязывали шлычку и закрывали покрывалом — фатой. Венчали в специальном покрывале с крестиком, поверх которого надевали венец. После возвращения в дом жениха свашка снимала с молодой венец, фату и надевала кичку — «роги» и позатыльник. Кичку покрывали бабичьим платком. Собственно окручивание — покрывание бабичьим платком — производила свекровь, трижды снимая платок и трижды прикладывая его сзади к головному убору, чтобы платок ложился поперек. После этого свашка закидывала платок на рога кички, а сзади привязывала его к мутозокам. По своей форме кичка напоминала рога коровы. В XVIII—XIX вв. рогатые уборы были присущи в той или иной мере всем восточным славянам. Наиболее ярко была выражена рогатость в южнорусских губерниях. Символика головных уборов, сходных с рогатыми животными, имеет связь с идеей плодородия. Ношение такого убора содействовало производительности, благополучию в хозяйстве рода жениха.

После окручивания молодых отводили в «чулан», осыпали зерном и сажали на скамью, где лежала шуба кверху мехом, и оставляли одних. Когда после брачной ночи к молодым приходили родители, молодая их встречала в традиционном наряде и полном бабичьем головном уборе. К приходу подруг невеста полностью переодевалась и на этот раз с помощью подруг надевала кичку с позатыльником.

На третий день свадьбы невестина родня собиралась в доме жениха «на каравай». Сюда же приносили сундук с приданым невесты. Невеста встречала гостей в праздничном наряде, с кичкой, позатыльником и кокошником на голове (полный головной убор весил 5 кг). К рожкам кички бисерными булавками прикреплялся газовый шарф — «лента». Такой наряд, ежедневно меняя рубахи, балахоны, завески, молодая носила 40 дней после свадьбы.

Анализируя вышесказанное, можно сделать вывод, что одежда невесты символизировала, подчеркивала неопределенность, неустойчивость ее социовозрастного статуса, отчужденность от окружающего мира, переход девушки в другой биосоциальный статус. По древнеславянским верованиям, этот переход мыслится как резкое, внезапное изменение, смерть старого и рождение нового «я», вследствие чего выходящая замуж навсегда утрачивала волю, независимость, право распоряжаться своей жизнью и смертью.

Особого внимания в связи с этим заслуживают манипуляции с головным убором — от девичьей повязки через сороку, шлычку к рогатой кичке — праздничному головному убору замужней некрасовки. В связи с этим необходимо отметить, что, в отличие от русских, в т. ч. и донских казаков, украинцев и белорусов у некрасовцев практически совпадают по времени венчание в церкви и повивание невесты, происходящее также в церкви, шлычкой, т. е. тем головным убором, в котором хоронят замужних женщин. Тем самым языческие представления о браке-смерти и последующем воскрешении и церковное таинство заключения брака от имени Иисуса Христа завершают прощальный цикл обрядовых действий. Молодая из церкви возвращается в новый дом, в новом качестве, с новой фамилией.

Таким образом, традиционный комплекс женской одежды (балахон, рубаха, завеска) казачек-некрасовок и головные уборы, сохранившиеся практически без изменений с конца XVII в., ввиду отсутствия специальной обрядовой свадебной одежды, следует рассматривать не только как явление собственно материальной культуры (есть ряд работ, где описана одежда с этих позиций), но и как часть духовной культуры этноса, связанную с верованиями и идеалистическими воззрениями народа.

 

 

 

 

Ключевые слова:  
Ярмарка Мастеров - ручная работа, handmade
 
Ольга

Моя бабушка и все ее предки были из некрасовцев, тех, что когда-то уехали в Турцию, а потом вернулись на Родину. Поэтому очень интересно узнать что-то новое. Спасибо.

Шаг 1 из 3: Создание магазина

Откройте собственный онлайн-магазин в несколько простых шагов и зарабатывайте любимым творчеством
Как будет называться магазин?
Какой у него будет web-адрес?

Шаг 2 из 3: Регистрация

Укажите контактные данные для своего магазина. Уже есть аккаунт?
Введите email
Придумайте пароль
Укажите свой город
< Назад

Шаг 3 из 3: Проверка email

  • Магазин
  • Регистрация
  • Проверка email
Остался завершающий шаг! Мы отправили Вам письмо, перейдите по ссылке в нем, чтобы подтвердить свою почту и начать работу с магазином.
Если письмо не пришло — можем отправить еще раз