Обновление пароля

 >  >  >  > Путешествие по тропическому краю.

Путешествие по тропическому краю.

28.03.2017 14:57     Просмотров: 631     Комментариев: 10     

вьетнам

Шасси самолёта с коротким визгом коснулись полотна посадочной полосы международного аэропорта Камрань, и я понял, что до цели моего путешествия осталось меньше пятидесяти километров. Солнце уже давно минуло зенит, но до вечерних сумерек тоже было далеко. Но и до цели моего путешествия оставалось ещё пятьдесят километров.  Поэтому я не стал тратить время на знакомство с городом Камрань. Вместо этого я сразу же отправился на автобусную станцию, что бы сесть на автобус до Нячанга – жемчужину южного Вьетнама.

нячанг

Автобус добрался до города меньше, чем за два часа. Но Нячанг встречал меня уже в сумерках. Повсюду загорались неоновые вывески, уличные фонари, фары машин и мотоциклов. Нячанг начинал свою ночную жизнь полную веселья и радости. Но эту ночь я решил провести в гостинице: сказалась усталость от многочасового перелёта и поездки в тесном автобусном кресле, которое для среднестатистического вьетнамца вполне просторно и удобно. Но для обычного русского туриста обычные вьетнамские автобусы – это автобусы для гномов. Всю дорогу мои колени находились немногим ниже моего подбородка. Поэтому, зарегистрировавшись в отеле и заняв свой номер, я лишь немного побродил по улицам, что бы размять ноги, и, вернувшись в отель, уснул богатырским сном.

ханой

Но ранним утром, отдохнувший и свежий, я отправился в ресторан отеля на плотный завтрак, который состоял, в основном из рыбы и фруктов. Вьетнам очень богат на всевозможные фрукты: от обычных яблок и бананов до экзотической папайи или практически неизвестного нам сметанового яблока – нойны. Перечислять местные фрукты можно очень долго, но ассортимент местных морепродуктов так же богат и разнообразен: лобстеры, крабы, креветки, мидии, морские петушки... А разнообразие рыбы просто не поддаётся исчислению. Вьетнамцы очень любят морепродукты и готовят их ничуть не хуже японцев. После вкусного и питательного завтрака я отправился в город на экскурсию. Нячанг достаточно старый прибрежный город, его история началась довольно давно. Вначале он был просто небольшой рыбацкой деревушкой. Но во времена, когда Вьетнам принадлежал Франции, город превратился в курорт для французских господ, которые очень полюбили его пляжи и райский климат. Собственно с тех времён рыбацкая деревня и стала туристической Меккой Южного Вьетнама.

 

Город предлагает достаточно богатую культурную программу: в нём есть множество памятников архитектуры и исторического наследия. Гвоздём местных достопримечательностей являются башни тямов Понагар, построенные здесь ещё в XVII веке. Но и пагода Лонг Шон производит не менее глубокое впечатление: это прекрасное здание является главным буддийским храмом в провинции. История этого памятника началась в 1886 году, когда пагода была закончена. В начале она называлась Да Лонг Ту, что переводится, как «медленно летящий дракон». Изначально пагода стояла на вершине горы, но во время шторма в 1900 года, она была серьёзно повреждена. Позже её восстановили и перенесли к подножию горы, в более безопасное место. На вершине горы же теперь расположена статуя Будды, сидящего в позе лотоса.

турмалин

путевые заметки

За два дня я успел посетить все более или менее значимые достопримечательности города:  виллы Бао Дая – последнего императора Вьетнама, водопады Бахо и Янгбай, соляные поля и конечно всемирно известный Институт океанографии в Нячанге. Особо хочу выделить именно институт океанографии и его музей. Он был учреждён в 1922 году, что бы исследовать подводный мир Южно-Китайского моря и дальних морей. Институт обладает огромной коллекцией практически всех обитателей местных морей: в огромных баках и аквариумах живёт фантастическое количество рыб, осьминогов и всевозможных других подводных жителей.  Список интересных мест Нячанга можно продолжать ещё долго, а что бы посетить их все не хватит и недели. Но просто не могу не рассказать о Винперле – острове развлечений Нячанга. Он находится совсем рядом с побережьем и примечателен тем, что половину острова занимает огромный развлекательный комплекс. Сам остров называется Хон Че, но большинству он известен по имени развлекательного комплекса «Винперл». К острову от самого города через пролив ведёт самая длинная в мире канатная дорога над морем, по которой курсируют фуникулёры. Её длинна 3320 метров, что является рекордом среди подобных сооружений. Фуникулёр идёт по дороге на высоте от сорока до семидесяти метров. Но эта канатная дорога - испытание не для слабонервных. Во первых, что бы попасть в кабину фуникулёра, нужно выстоять длиннющую очередь на жаре. А когда настаёт ваш черёд входить в кабинку, вы обнаруживаете, что должны перешагнуть через бездну, что бы попасть внутрь кабины, которая и не думает останавливаться. На другой стороне ситуация аналогичная: нужно успеть выскочить из движущейся кабины на высоте около сорока метров. Так что если вы решите добираться до Винперла по канатной дороге, будьте готовы поскакать над пропастью. Да и сама дорога до острова – то ещё приключение: кабинка, а которую помещается восемь человек, с черепашьей скоростью идёт в полусотни метров над водой, продуваемая и качаемая всеми ветрами. Экстремальность такого способа передвижения оценили и азиаты, что ехали со мной в одной кабинке. Когда она качала качаться слишком размашисто, а крепления принялись пронзительно скрипеть, глаза их от страха становились даже шире моих. Но, наконец, это испытание окончилось, и мы резво повыскакивали на остров через такую же пропасть, что и на большом берегу. После такой запоминающейся дороги, я понял, почему между островом и Нячангом курсирует так много всевозможных лодок с пассажирами.

 

Но оказавшись на твёрдой земле, я быстро забыл об испуганных азиатах и качающейся над бездной кабине. Ведь передо мной раскинулась земля полная всевозможных развлечений. Что бы обойти все аттракционы и чудеса этого острова, одного дня явно мало. Но в этот день взрослые и серьёзные люди превращаются в беззаботных детей: они катаются на водных горках, гуляют по подводным лабиринтам океанариума, носятся вверх и вниз по американским горкам...

Винперл предлагает действительно богатый выбор развлечений. В азиатском мире этот развлекательный парк по полярности сравнился с всемирно известным японским диснейлендом. Посещение острова меня очень впечатлило, а веселился я в нём словно ребёнок. Особенно меня поглотили игровые автоматы с всевозможными играми: шлемы виртуальной реальности, гонки и перестрелки. Но гонки не за экраном компьютера, а в машине, которая трясётся и скачет, повторяя рельеф трассы, транслируемой на экраны, которые заменяют ей стёкла. И все игровые автоматы в залах развлекательного комплекса были именно такими. Так же очень впечатлила помесь железной дороги и американских горок: резкие спуски и подъёмы, а вагонетка, в которой вы едете, управляется только вами. То есть вы можете поддать газа или, наоборот затормозить. Но всё впечатление от этого аттракциона было испорчены женщиной, которая ехала передо мной. Она ехала так медленно, периодически останавливаясь и вдумчиво любуясь окружающими пейзажами. Поэтому мне приходилось всё время тормозить и ждать, когда же она соизволит ехать дальше. А жаль: на этом аттракционе можно было пощекотать себе нервы так, что бы запомнился он надолго. А вот водяные горки я помню до сих пор: для спуска вам выдают резиновую лодку-тубу, на которой и предстоит спускаться с ветерком. И первую треть спуска так и было: я быстро мчался по пластмассовому тоннелю, оседлав своего резинового коня, но в один из резких поворотом, я перевернулся, и дальнейший путь проделал без тубы. И от этой поездки, на моих локтях до сих пор остались шрамы. Дело в том, что стыки тоннеля без защиты тубы до мяса изодрали мои локти и ноги. Боль был адская, каждый стык приносил страдание, и к концу моего спуска с водных горок, я прибыл изрядно окровавленным и злым. К счастью, в парке есть медицинский пункт, где мои раны обработали. Медсестра, которая оказывала мне помощь, сказала, что порой на этих горках получают гораздо более серьёзные травмы, а мне ещё повезло. Шок это утверждение вызвало немалый, но я тут же вспомнил реально ужасную канатную дорогу и списал это на азиатский менталитет, в котором присутствует огромная доля презрения к смерти, и продолжил свой отдых во вьетнамском «диснейленде» до самого заката. А вечером, снова пощекотав себе нервы, по канатной дороге вернулся на большую землю. 

путевые заметки

Но уже на второй день я понял, что городские туристические маршруты меня не притягивают, а тянут меня леса и горы этой страны. Поэтому на третий день я арендовал мопед и отправился на самостоятельную прогулку. Поразительную особенность местных правил дорожного движения я приметил ещё в первый свой день во Вьетнаме. Заключалась она в том, что во Вьетнаме нет никаких правил поведения на дороге. За руль мопеда было садиться действительно страшно: на местных дорогах процветает какая-то анархия. Машины, мотоциклы, мопеды и автобусы носились по городу без каких-либо ограничений по скорости, никто не уступал на поворотах. Единственное правило, которое я всё-таки заметил, заключалось в том, что приоритетом на дороге обладал тот, кто находится впереди, причём, если вы движетесь параллельно, достаточно того, что бы вы были впереди хотя бы на десятую часть корпуса. И хотя такая манера вождения выглядела ужасающе, аварий на дорогах я за эти несколько дней не заметил. Возможно, потому что в городе беспрекословно соблюдали скоростной режим – не более сорока километров в час.

Мопед обладает множеством плюсов на дорогах крупных городов: он юркий и мобильный, его очень легко парковать… Но у него есть один весомый недостаток: бензобак размером с двухлитровую бутылку. Поэтому загородные поездки у меня были очень короткими и лишь в пределах дальности полного бака мопеда, которой не хватало даже на сотню километров.  Поэтому мысль о каком-то более основательном средстве передвижения пришла мне в первый же день мопедных прогулок. В том же агентстве, где мною был арендован мопед, я попытался взять в прокат мотоцикл, ассортимент которых был гораздо шире. Но байк в Нячанге арендовать не так просто, как мопед. Дело в том, что иностранные права во Вьетнаме недействительны. О чём в ходе разговора мне три раза повторил менеджер. Но местные гаишники очень лояльны к туристам за рулём: их практически никогда не останавливают. Если вы хотите рассекать по Нячангу на чём-то более мощном, чем мопед, знайте, что регуляторов дорожного движения интересует только наличие защитного шлема на мотоциклисте и соблюдение скоростного режима.  Поэтому менеджер сопротивлялся совсем недолго и после того, как я доплатил сверху несколько сотен тысяч денгов, он всё-таки согласился сдать мне в аренду поживший, но вполне бодрый мотоцикл – KAYO с объёмом двигателя в 125 кубических сантиметров. Такой железный конь как раз подходил для сельской дороги и даже бездорожья. Стоило мне оседлать китайского железного коня, как кровь начала закипать, требуя, что бы я выжал из питбайка весь его потенциал. Но делать это в городе было плохой идеей.

Поэтому я даже не стал ждать утра следующего дня, а выехал из города уже после обеда, как только спала полуденная жара. Стоило мне покинуть городскую черту, настроение поднялось на несколько градусов, но как только мой мотоцикл покинул асфальт трассы, сменив её на лесную дорогу, настроение подскочило до небес. Байк на лесной дороге чувствовал себя гораздо увереннее, шипованная резина жадно вгрызалась в землю, обеспечивая надёжное сцепление с дорогой, которая поднималась всё выше в горы, покрытые вечнозелёными джунглями. Питбайк оказался в своей родной среде: ухабы, резкие подъёмы и спуски. Двухколёсный монстр с лёгкостью штурмовал любое препятствие, то и дело отрываясь от земли.  Лесной дорогой я следовал около нескольких часов, пока не наткнулся на небольшую деревушку, что спряталась прямо среди джунглей. Деревушка встретила меня радушно, в ней даже было совсем небольшое кафе, в котором я решил остановиться, что бы подкрепиться и сравнить местную кухню с тем, что предлагает большой город. Но все мысли о еде покинули меня, когда решив перекурить перед входом в булгало, где находилось кафе, я наткнулся подростка, у которого не было одной ноги. Она не была ампутирована или потеряна в результате несчастного случая. Это был привет от «империи добра» – США. В шестидесятые американские войска принесли вьетнамской земле много горя и страданий, как они делают во всех странах, куда вторгаются. Но во Вьетнаме они оставили свой самый мерзкий и бесчеловечный подарок: «Оранжевый Агент» - смесь синтетических гербицидов и дефолиантов для выжигания джунглей, в которых партизанили против оккупантов коммунистические вьетнамцы. Но кроме уничтожения растительности, «Оранжевый Агент» обладал запредельной токсичностью, параллельно являясь канцерогеном и мутагеном. Американская авиация распылила эту заразу над четырнадцатью процентами страны, но последствия этих действий коснулись всего Вьетнама. Теперь в этой стране рождается много детей без конечностей, с уродствами и кучей других ужасных патологий. Одно дело знать, что американцы распылили тонны отравы над страной, которая находится от них на противоположном конце планеты. И совсем другое лично повстречать ребёнка, который родился через тридцать или сорок лет после тех событий, но последствия настигли его даже через это время. Пока я курил свою сигарету, мимо прошёл взрослый мужчина с ужасно деформированным лицом.

Вспомнился мой поход по нячангским магазинам. В детских отделах большинство игрушек – это американские солдаты образца вьетнамской войны и военная техника: танки «Абрамс», вертолеты, истребители и бомбардировщики. Та самая техника, с которой распыляли те самые гербициды, которые до сих пор приносят вьетнамскому народу столько горя. Мне такие игрушки здесь показались, по крайней мере, неуместными. Но именно они преобладали в продаже.  От зрелища покалеченных людей и мыслей о добрых американских войсках, кусок в горло не лез. Поэтому я заказал чашку кофе, который во Вьетнаме любят и умеют варить даже в глухих деревнях. Вьетнамский кофе известен на весь мир не меньше бразильского. Я пил прохладительную разновидность этого напитка: холодный кофе с молоком и сахаром, который на вкус больше напоминал какао. Но бодрил он подобно крепкому американо, а освежал, словно мятный фреш. Вьетнамский кофе – это вообще отдельная история. Этот народ умеет растить, обрабатывать и готовить один из лучших кофе в мире. Недаром эта страна занимает второе место на планете по экспорту кофе.

Хозяин кафе был и поваром, и барменом, и баристой, и официантом. Наверное, у меня все мысли о калеках «оранжевого агента»»были написаны на лице, поэтому он сказал, что здесь – в южной части страны – всё ещё не так печально, а вот на севере картина гораздо страшнее. Ведь именно там авиация янки нанесла свой химический удар.

Хозяин кафе неплохо говорил по-английски и даже знал некоторые фразы на русском. Поболтав с ним о жизни и сравнив наши знания о странах друг друга, я попрощался с ним и продолжил своё путешествие в сердце вьетнамских джунглей. По дороге я преодолел один деревянный мост, две мелких речушки с бродами и ещё одну деревню. Дорога петляла под куполом леса, который поражал многообразием флоры: у подножия гор растут субтропические влажные леса, выше преобладают тростниковые и бамбуковые леса, а в самом высоком поясе растительность представлена смешанными лесами, где, кроме дуба, клена и ясеня, встречаются даже хвойные породы. Но сумерки застали меня в среднем ярусе лесов. Поэтому съехав на небольшую полянку, я начал готовиться к ночлегу: собрал дрова для костра, разбил арендованную палатку и принялся готовить ужин, который состоял из чая, хлеба и сосисок, жаренных на костре. Доедая свой не самый изысканный ужин, я обратил внимание на одну общую черту всех лесов и гор, в которых я побывал. Любая еда, приготовленная на костре, вдали от цивилизации, становится самой вкусной пищей, которую я ел. Весь день за рулём мотоцикла принёс усталость и гарантию сна без задних ног, поэтому сразу после ужина я принялся готовиться ко сну. Но джунгли внесли свои коррективы в мои планы. Стоило мне заснуть, как меня разбудил чей-то жалобный, но очень громкий крик из леса, с другой стороны джунглей ему вторил чей-то рык, а за рыком последовало истеричное улюлюканье, а за ним… Джунгли кругом с наступлением темноты превратились во тьму полную всевозможных криков, рыков и других пронзительных звуков. От некоторых из них по коже шёл мороз, но кроме этого лесная какофония никак не давала мне уснуть. Поэтому я решил распугать местную фауну своими криками, которые местная фауна с презрением проигнорировала. Тогда я подошёл к мотоциклу, и заведя его, принялся выжимать ручку газа так, что двигатель на несколько секунд заглушил все лесные вопли. Но не успел я насладиться победой, как джунгли с новой силой принялись ещё громче вопить из темноты. Теперь даже рёв двигателя не мог их заглушить, он наоборот словно бросал вызов кричащей темноте, и та отвечала ему ещё громче. Быстро поняв, что не перекричать, не перегазовать джунгли мне не удастся, я оставил эти попытки и просто лёг в палатку. Не знаю, сколько я прослушал этот тропический концерт, но к середине ночи мне удалось уснуть. А утром я проснулся от того, что солнце било мне прямо в лицо, а на ветке ближайшего дерева  заливалась своей песней жёлтая пичужка. По сравнению с ариями ночного леса, её пение было просто лаской для слуха. Позавтракав, я отправился обратно в Нячанг, ведь после знакомства с вьетнамским лесом я запланировал себе ещё одну интересную экскурсию.

Дело в том, что во Вьетнаме, в районе Тхуан Ксуанг с 2010ого года идёт промышленная разработка месторождений аквамарина. Конечно, я не мог не воспользоваться возможностью взглянуть на это месторождение и после прибытия в Нячанг, я заехал на вокзал и купил билет до Ханоя, откуда своим ходом можно было добраться до месторождения. Купив билет, я сдал мотоцикл в прокат, и остаток дня провёл в прогулках по городу. А ранним утром я уже садился в поезд, который должен был доставить меня в Ханой. Здесь я вновь арендовал мотоцикл, на котором в течении дня добрался до района Тхуан Ксуанг, где находилась деревня Хуан Ли, возле которой и находились аквамариновые копи. Само месторождение известно с 1985 года, но государство занялось разработкой лишь через четверть века после открытия. Но свято место пусто не бывает, и месторождение активно разрабатывали местные хитники. Но с 2010ого им занялись всерьёз, и хитников сменили лицензированные разработчики. Приехав на место, я первым делом отправился на месторождение, которое жило полной жизнью: в шахты спускались люди, по территории ездили грузовики, из недр земли выезжали небольшие вагончики-тележки наполненные пустой породой, их тут же сменяли пустые вагончики. Я сразу же направился к административному зданию, которое выделялось на фоне вагончиков рабочих своими размерами и цветом. Внутри здания мне удалось найти начальника месторождения, к которому я обратился с просьбой разрешить мне поработать в шахте. По ходу разговора, я узнал, что начальника зовут Бинь. При условии, что мне удастся найти заветный минерал, я обещал всю свою добычу показать лично начальнику шахты и выкупить заинтересовавшие меня образцы. Узнав, что я являюсь художником по камню и ювелиром, и что у меня есть опыт работы в шахтах, начальник не только дал мне добро и инструменты, но и лично отправился со мной в недра горы, что бы составить мне компанию в работе. Через полчаса мы уже вгрызались отбойными молотками в горную породу. Бинь оказался мировым мужиком и отбойником работал не хуже меня, а киркой он махал просто с какой-то одержимостью. Сами не заметив как, мы устроили между собой своеобразное соревнование, кто из нас лучше разрабатывает земные недра, и через час работы мне посчастливилось обнаружить первый кристалл. Он был совсем небольшого размера, но его качество было выше всяких похвал: голубой и прозрачный, он был ничем не хуже аквамаринов из Якутии, где я впервые повстречал этот камень. Начальник поздравил меня с находкой, и мы решили прерваться на перекус. Во время перерыва мы обсудили качество камня и сложности его добычи. Я рассказал ему о месторождениях в местах, откуда я родом, где камень ничем не хуже этого. Бинь ответил, что конечно он знает якутских самоцветах, но с ревностью заявил, что добываемый ими аквамарин на азиатских рынках ценится ничуть не хуже, чем русский камень. Так же он скромно сообщил, что и сам увлекается обработкой драгоценных камней и минералов, но для него это скорее хобби, чем работа, и пока он не достиг каких-то значимых высот. Но когда он говорил о своём увлечении, в его узких глазах горел тот же самый огонь, который я видел в глазах моих коллег из России. К сожалению, продолжив работу до самого конца дня, мы больше не нашли достойных образцов, но из шахты мы выходили грязные и уставшие, но довольные своей работой. Когда же я поднял разговор о выкупе камня, начальник махнул рукой и сказал, что я этот камень заработал, и вообще, с хорошего человека ему деньги брать стыдно. Более того, он пригласил меня переночевать в его доме, который находился в деревне возле месторождения. Дом был не самым большим в деревне, но построен он был на совесть, а внутри просторным и очень уютно обставленным. Здесь он познакомил меня со своей семьёй, которая состояла из жены и двух сыновей-подростков. Так же Бинь показал мне свою достаточно богатую коллекцию минералов и свою любительскую, но вполне функциональную мастерскую. А после Бинь пригласил меня на ужин, состоящий из традиционных морепродуктов и фруктов. И здесь я попробовал вкуснейший суп из ракушек, который жена Биня готовила прямо на улице в чугунном тазу очень похожем на знакомые нам казаны. Стоит отметить, что во Вьетнаме супы возведены в культ, но из всего разнообразия я оценил лишь именно суп из ракушек. После вкусного и сытного ужина жена Биня постелила мне в отдельной комнате, и ещё через двадцать минут разговоров с хозяином я отправился на боковую. Утром же вся семья вышла меня провожать. Крепко пожав руку хозяину и попрощавшись с его семьёй, я сел на мотоцикл и отправился обратно в Ханой, откуда поездом вернулся в Нячанг.

Аквамарин, добытый мной в шахте, я отправил домой почтой. А сам ещё неделю прожил в Нячанге, знакомясь с этим городом и нравом его жителей. За это время я ещё не раз ездил в джунгли, круглые сутки купался в море и посещал близлежащие деревни. Кстати, местная кухня во всей своей красе расцветает именно в маленьких деревушках, а не в туристической зоне Нячанга. Вьетнам последние десятилетия живёт в основном туризмом, поэтому в сельской местности каждый дом по совместительству является ещё и кафе. При чём неважно, в каком глухом тупике он находится, хозяева за символическую цену накормят вас местной кухней как самого дорого гостя. Именно в одной из деревушек мне удалось попробовать местное блюдо – крокодила. Именно оно показалось мне самым вкусным, что я ел во Вьетнаме. Трудно описать мясо крокодила на вкус, но во рту оно таяло, радуя вкусовые рецепторы. А вот лягушки, которых во Вьетнаме можно попробовать на каждом шагу оказались такими же, как в ресторане отеля: отвратительными. Насколько я понял, их вкус даже не зависел от умения повара. Они либо нравятся, либо нет. Мне они не понравились ни в городе, ни в деревне. И про морепродукты тоже не могу сказать ничего выдающегося. Несмотря на широкий ассортимент, вкус у них весьма посредственный. Не знаю с чем это связано, но наши дальневосточные дары моря на несколько порядков вкуснее, чем местные. Так что их обитателей морских глубин я ел только для галочки. Исключение составил лишь суп из ракушек, который местные готовили для себя. Он был на порядок вкуснее, чем в ресторанах города.

Так же мне удалось побывать в бедных районах Нячанга, отдалённых от туристической зоны. Здесь, как и в маленьких деревушках я вновь повстречал жертв американской помощи вьетнамскому народу. Я говорю об изуродованных «оранжевым агентом» калеках которые живут совсем рядом с туристическим раем, но в сам рай путь им закрыт, что бы они не смущали своим видом отдыхающих. Я так и не отважился заговорить с кем-нибудь из них, но и без этого было понятно, что живут они за чертой бедности и едва-едва сводят концы с концами. Так же в этих районах встречалось какое-то запредельное количество городских сумасшедших. Люди всех возрастов, одетые в лохмотья или робы, сшитые из мешков, ходили по улицам и кричали невнятную тарабарщину, которая явно не была вьетнамским языком. Когда я указал местным на то, что здесь живёт куча сумасшедших, те отвечали, что это тоже последствия «оранжевого агента». В общем, Нячанг оказался, как и все крупные города мира, городом контрастов. Здесь нищета шла рука об руку с роскошью, но никак с ней не пересекалась. Здесь в одних районах гуляли красивые, здоровые, обеспеченные люди, а всего в нескольких километрах от них в убогих лачугах теснилась беднота и болезни. И хотя эти картины смазали моё впечатление от Нячанга, город и его жители мне понравились. Все они по южному открыты и отзывчивы, но при этом город пронизан азиатским колоритом и культурой. Буддийские храмы здесь соседствуют с исследовательскими институтами, императорские виллы стоят недалеко от современных отелей.

Нячанг – это город пронизанный историей вьетнамского народа, знающий его печали и радости, соединяющий в себе древние традиции и современные технологии. В общем, Нячанг интересный и очень колоритный город, посещение которого надолго останется в памяти.   Но всему приходит конец, и мой отпуск во Вьетнаме не был исключением. Дела требовали моего возвращения, и, как бы ни была приветлива эта жаркая страна, я очень соскучился по дому. Поэтому я не очень огорчился концу отдыха в южных широтах, а в самолёт я садился с лёгким сердцем, предвкушая встречу с родной землёй.

Ключевые слова:  
Ярмарка Мастеров - ручная работа, handmade
 

Сообщение модератору

Отправьте сообщение модераторам, если считаете, что данная работа нарушает Правила Ярмарки Мастеров.

Модальное окно для уведомлений

Шаг 1 из 3: Создание магазина

Откройте собственный онлайн-магазин в несколько простых шагов и зарабатывайте любимым творчеством
Как будет называться магазин?
Какой у него будет web-адрес?

Шаг 2 из 3: Регистрация

Укажите контактные данные для своего магазина. Уже есть аккаунт?
Введите email
Придумайте пароль
Укажите свой город
< Назад

Шаг 3 из 3: Проверка email

  • Магазин
  • Регистрация
  • Проверка email
Остался завершающий шаг! Мы отправили Вам письмо, перейдите по ссылке в нем, чтобы подтвердить свою почту и начать работу с магазином.
Если письмо не пришло — можем отправить еще раз